СЛАВЯНСКИЙ ОБЕРЕГ
Купить рекламу на сайте
Меню сайта
Статистика

Преданность

Оберег должен быть предан своему хозяину, а особенно хозяйке. Ну, тут вы меня понимаете: женщи­ны всегда подозревают себя в невер­ности, в вертлявости и забывчивос­ти. Им очень важно знать, что в них есть что-то, что никогда не изменит. И еще они подозревают себя в сла­бости, и им очень нужен надежный друг, который никогда не предаст. Поэтому им очень важно, чтобы их оберег был им предан.

Но с оберегами все не так, как хотят женщины. Они вообще не из этого мира, которым правит жен­ское мнение. И им совершенно не важно, что они хотят. Обереги просто такие, какие есть, а значит, та­кие, какими вы их сделали. И если вы его не сделали преданным, ваше желание ничего не изменит. Созна­ние оберега слишком мало для про­тиворечий или диалектики, прости­те за слово...

Чаще всего, женщины, делая себе оберег, видят, на какое платье они его прикрепят. И как он ловко там сядет, и как красиво будет смот­реться, и как здорово будет укра­шать или оттенять... В общем-то, вполне невинные и даже заслужи­вающие труда желания. Вот толь­ко оберег этого не понимает, и ста­новится оберегом этого платья! И кто бы ни надел теперь это платье, оберег будет работать, потому что он предан... платью. И с этим уже ни­чего нельзя поделать. Это навсегда.

А как же сделать, чтобы он был предан именно вам? А вот для это­го как раз ничего и не надо делать. Надо просто не привязывать его ни к чему, вроде платья, надо видеть себя и не надо видеть что-то, к чему вы его приложите или прикрепите.

Видеть себя... это еще та зада­ча! Уж вы мне поверьте. Если ты ви­дишь себя как личность, обережек будет защищать вашу личность. Если как тело, он будет защищать тело, если как душу... но ведь это же еще надо суметь увидеть себя ду­шой! А как увидеть себя даже не ду­шой, а просто собой?

Вот теперь вы понимаете, как уходило из этого мира искусство обережья. Оно просто было разменяно, размыто и размазано по множеству представлений о себе, которые пло­дились у человечества. И если ты делал когда-то оберег себе, или ка­кой-то колдун делал его тебе, то обе­рег мог защищать только то, что было тобой. Но ты изменился, и он ничего не защищает. Хуже того, если сегодня вечером я сделаю тебе оберег, глядя на тебя, а завтра ты пойдешь с ним в другом состоянии, он не защитит тебя, потому что он защищает лишь того тебя, которо­го знал я. Или хотя бы знаешь ты. А знаешь ли ты того тебя, который пойдет с оберегом завтра?..

Ладно, какая разница. В мире, где нет постоянных людей, обереги— лишь пустые игрушки и невзрач­ные украшения. Но это милые сер­дцу игрушки, и я учу, как их делать.

Вот в неведомом они могли бы по­мочь, но шагнете ли вы в это самое неведомое, если вы так успешно покоряете этот изменчивый мир?!

Может быть, и шагнете. Даже непременно шагнете! Однажды. Но об этом в другой раз.

Как сделать, чтобы твой оберег был предан тебе? Да... А не надо ни­чего делать. Ведь он и есть ты. Это твое сознание вошло в крошечную вещицу, которую ты избрал. Просто приложи его к губам и вдохни в него щепотку своей души.

Вот прямо сейчас возьми его, поверни лбом и Глазком от себя, приложи губы к затылочку, точнее, к темени, увидь еще раз, что он дол­жен для тебя делать, и легонько-легонько вдохни в него свое дыха­ние прямо из Сердца...

И помни, помни о том, что он должен видеть и цеплять и удержи­вать, и вдыхай это свое дыхание как можно медленнее и как можно дольше. Чем дольше ты будешь его вдыхать, тем дольше будет удержи­вать обережек враждебные взгля­ды, потому что от силы твоего ды­хания будет зависеть сила его Духа. Вот и всё. Отложи его, дай прийти в себя, только не на ярком свету. Побудь с ним тихонько, пото­му что в мире стало больше на одну живую душу. Она совсем малень­кая и слабая, но она очень отваж­ная, как звезда, которая собралась упасть на землю. Это душа воина. Вот только сумеет ли он совершить подвиг, ради которого пришел?.. Если сумеет, то в следующей жиз­ни он...

О нет, об этом ни слова! Дай ему отдохнуть.

А в следующий раз я расскажу, как сделать оберег для другого че­ловека. И ты уже догадался, в него тоже придется вложить кусочек тво­ей души. Что ж, верно. Верно... Но не спеши. Сегодня день рождения твоего друга. Научись дарить свое время друзьям. Без этого ты все рав­но не научишься дарить душу. Щепотка любви

Вот теперь мы можем посмот­реть, как делаются обереги для дру­гих людей. Я знаю, вы уже, конечно, забежали вперед меня и подсмотре­ли, что там дальше! Вам же для это­го было достаточно, чтобы я совсем чуть-чуть проболтался и поставил в заглавие что-то про любовь. И вы сразу все поняли.

Ну, что ж, раз вы все поняли, так и рассказывать нечего. Идите и де­лайте. Э, постойте! Я вас обманул. Любовь — это не приправа, а обережек — не каша из топора. Имен­но сейчас и начинается самое труд­ное. Настолько трудное, что вам очень редко будет удаваться сделать настоящий оберег, а когда это будет получаться, вы будете чувствовать неземную радость... Вы уже догады­ваетесь, насколько трудно то, чему мы будем учиться сегодня?

Впрочем, выглядеть это будет как всегда и даже проще. Судите сами. Вот я опишу вам все, что надо сделать, чтобы получился оберег для другого человека.

Конечно, сначала вам надо по­нять, от чего вы хотите его защи­щать. Сейчас мы стали очень плот­ные, очень тяжелые и большие, и нам совсем не страшно то, что пуга­ло утонченных людей прошлого. Они ведь были меньше, недоедали, много трудились и постоянно жили на границе с неведомым миром. Да и мир был богаче на опасности, потому что в нем жило много неве­домых существ, с которыми прихо­дилось сражаться богатырям.

Вы же знаете, что богатыри все­гда рождаются для встречи с той опасностью, которую надо победить. И чем страшнее опасность, тем мо­гучее рождаются богатыри. Они должны были победить все самые страшные опасности, и они их по­бедили. Если бы это было не так, мы бы сейчас не жили. Но что происхо­дит с Землей, когда богатыри по­беждают ее чудовищ? Она успока­ивается. Так же, как становится все мягче климат и все спокойнее бур­ление ее огненного ядра, так же уходят с земли и существа, порож­денные этим бурлением.

Уходят противники, перестают рождаться богатыри. Их сила раз­ливается в толпе, и мы все в среднем становимся сильнее и больше, а че­ловечество слабее, потому что неко­му совершать подвиги. Да и не нуж­но, вы же сами видите, за подвиги наказывают, а людей, способных их совершать, обуздывают всеми дос­тупными человечеству способами. Богам оказывается проще тушить земные пожары нашими телами, швыряя в огонь войн и революций потоки пушечного мяса, чем иметь в своем хозяйстве этих беспокойных существ, которые готовы бросить вызов даже им...

Богатыри перевелись на Руси, кажется, спят где-то под горами. А вместе с ними перевелись и утонченные люди, способные чувство­вать опасность и нуждающиеся в оберегах. На самом деле нам с вами не нужны обереги. Даже сейчас, когда в вас всколыхнулась былая память и вы вспомнили, что значит настоящая преданность, вы все-таки больше хотите иметь крючоч­ки и завлекалочки, которые помог­ли бы вам достигать ваших целей. А оберегать... да как-нибудь и сами справимся!

И все же, когда речь заходит о тех, кого вы очень любите, просы­пается древняя часть вашей души, которая знает, что настоящая опас­ность подстерегает нас не там, где угрожают телу. И тогда вы остро чувствуете, что вашего любимого надо защитить. Ну, если не от смер­ти, то хотя бы от того, чтобы кто-то не сглазил его, и он не позабыл о своей душе, или о том, что любит вас, и не выкинул из сердца образ отчего дома, в конце концов...

Мне очень трудно говорить о том, зачем нужны обереги и как они ра­ботают. Они все не для этого мира, они совсем не нужны сейчас, они лишь для людей, которые вошли в вежу возвращения, чтобы уйти в вежу невозвращения... Считайте, что все это, что я вам рассказываю, большая шутка старого чудака. Та­ким способом я вас развлекаю и от­влекаю от забот настоящей жизни. Отдохнете, и завтра снова в драку! Я очень часто подозреваю, что я че­ловек, случайно воплотившийся в мире гномов. Вы с таким упорством вгрызаетесь в плотности мира, так необоримо строите свой мир, выру­бая пещеры во все более жестких породах, создаете вещества, кото­рые все тверже и тверже...

Ладно, забудем эту мою оговор­ку. Как создать оберег другому че­ловеку?

Все зависит от того, любите вы его или нет. Если нет, если вас лишь попросили сделать кому-то оберег, то вы должны будете вложить туда заботу или позаимствовать щепот­ку любви у того, кто вас попросил. Но это уж совсем не для начальных уроков. Могу только сказать, что опытные колдуны могли делать обереги на одной заботе, и это были сильные обереги. Но нам с вами это пока не нужно.

Мы будем делать оберег на люб­ви. И это гораздо сложнее, чем на заботе. Потому что заботиться мож­но усилием, а вот любить можно только любя...

Нельзя любить умом, нельзя заставить себя любить. И сколько ни увещевай себя: я должен любить все твари земные, я их уже люблю, люблю... получится у тебя, если заг­лянуть поглубже в сердце, только: я их уже почти совсем люблю. По­чти в любви не считается. Вот по­этому так сложно создать оберег на любви. Если вы делаете его даже са­мому родному человеку, думая о том, как на него обижены, вы созда­дите оберег на обиде, и он накажет своего хозяина.

Перед созданием оберега друго­му надо долго и хорошо чиститься. Как перед написанием иконы. И лишь когда вы уберете все, что было в вашей душе помимо любви, вы можете приступать к творению. Правда, есть и другой способ. Чаще всего, потребность в оберегах возни­кает не случайно, чаще всего вы вспоминаете о них тогда, когда дей­ствительно боитесь за близкого че­ловека и знаете, что ему предстоит действительно опасное дело, где даже крошечная помощь, песчинка на весах судьбы, может решить ис­ход. Тогда вы прощаете все мелочи и становитесь очень цельными.

Вот и научитесь видеть, когда ваша любовь полна и чиста и брызжет, как переполненный талой водой ручей, или когда ваше пере­живание за родного человека столь яростно, что выжигает весь повсед­невный мусор. Научитесь видеть эти состояния и пользуйтесь ими, чтобы делать обереги. Не упускай­те, эти состояния столь же редки, как время березового сока. Чуть-чуть упустил, и только испортишь дерево...

Что же делать, если вы нашли струю любви в себе? Сделайте все то, что мы уже изучили. Вложите в крючочки и глазки заговоры от тех напастей, от которых хотите защи­тить, вдохните пригоршню своей души... Вот теперь будем учиться.

Вот ты вдохнул в Обережек ду­шу и почувствовал, что он отозвал­ся тебе, он — твое детище. Теперь соберись, очисти сознание от всего лишнего, увидь того, кого бы ты хо­тел защитить, прижми оберег к сер­дцу, — на самом деле, прижимать надо почти к середине груди, попро­буй, и ты очень быстро найдешь то местечко, через которое вы солье­тесь с Обережком, — а как только это произошло, отпусти свою душу, позволь ей выйти из твоей груди, как она это делает, когда ты засы­паешь, и в этот миг, глядя на свое­го любимого, пойми, что бы ты хо­тел сделать, чтобы защитить его. Просто увидь то, что ты бы сделал сам, чтобы закрыть его собой, когда на него нападут. И позволь своей любви пролиться в душу Оберега...

Вот и всё. Любовь — как жид­кость, как жизненный сок, только открой ход, и она протечет и запол­нит подходящий сосуд. И чем боль­ше души ты вдохнул в маленькое тельце Оберега, тем больше любви будет в нем жить. И тем самоотвер­женней он сделает то, что хотел бы сделать ты сам.

Да, да! Ничего иного он не смо­жет, даже более того, никого иного, кроме тебя, там и не будет. Это ты защитишь своего любимого, когда у него не будет хватать сил в его ве­ликой битве. Это ты бросишься на его защиту, и если любовь твоя бы­ла велика, ты почувствуешь этот по­единок и даже сможешь добавить своей силы Оберегу, когда он будет сражаться. И устанете вы вместе.

Вопрос останется: что такое ве­ликие битвы в нашей бытовой жиз­ни, и встретятся ли они на нашем жизненном пути? Я скажу тебе: ты постоянно ведешь великие битвы, но принимаешь их за бытовые дряз­ги. Тебе отвели глаза, и ты разучил­ся отличать настоящих врагов от те­ней на стенах. Но вот про тени тебя научили думать, что это лишь кино...

Мы внутри самой Великой бит­вы, какая только доставалась чело­вечеству, и поэтому для противни­ков очень важно, чтобы мы спали и видели грезы. Только горящее лю­бовью сердце может прозревать ис­тинную опасность, но нас разучили любить. Нас приучили... Впрочем, зачем называть имена того, чем нас околдовали, побудьте хоть немного в любви, и ваша память чуточку ис­целится.

И так будет с каждым оберегом, что вы сделаете. Вы будете разда­вать свою любовь, а ваша душа бу­дет выздоравливать. Ведь она как кормящее вымя священной Матуш­ки-Буренки. Если его молоко долго никому не нужно, оно болеет. Вот и душа болеет, если не отдает лю­бовь...Оживить

Вы вдохнули в оберег душу. Маленькую, но отважную. На то он и оберег. Вы сделали ему глазки, крючки, влили в него любовь... Но жизнь, жизнь не посчитается с ва­ми, если вы не посчитаетесь с нею. Обережек не сохранится, он раста­ет, как только солнце обожжет его или вы постираете его случайно вместе с одеждой. Почему?

Вы сделали оберег в мыслях, в сознании, а значит не для этого мира. Он и будет жить не в этом мире. Мир надо учесть. А для этого надо учесть, что мир, в котором вы хотите жить и иметь защиту, плот­ный. И в нем вы во плоти.

Вот и оберег надо воплотить, чтобы он мог жить в этом мире.

А у вас пока две совершенно не связанные вещи — вещица из ве­щества и обережек из сознания. Из образов. И эти образы будут дер­жаться в вещице только до тех пор, пока вы помните, что она — оберег и хранит в себе заговор.

Как воплотить оберег?

Его надо вживить в вещь, а вжи­вить его можно почти так же, как вы вдыхали душу. Да, в сущности, вы и должны вдохнуть душу в плоть, только теперь другую душу — Жи­вую. Когда-то ее звали Жива.

Живая душа — это тоже дыха­ние. Но совсем не такое, как вы при­выкли. Это не дыхание воздухом. Воздухом дышит Душа, а Жива ды­шит тем, что входит и выходит из тела. Ее дыхание гораздо более плотное, чтобы можно было ожи­вить те ль — телесное вещество. И в первую очередь, это кровь, пот, слю­на и вообще все, что вы можете вы­делить из себя более или менее жид­ким. Даже кал и моча — это тоже душа тела. Вспомните, как любят играть с ними дети. Кстати, воздух на Руси считался жидкостью, толь­ко очень редкой.

Настоящие колдовские обереги делаются на крови. Но нам с вами это не нужно. Мы возьмем то, что проще и доступнее. Совершенно не важно, как ты вживляешь оберег в вещицу, если ты это хорошо уме­ешь. Кровь или кал нужны тому, кто не умеет ввести себя в особое состояние чародея. Это сильнодей­ствующие средства, но не для обе­рега, а для человеческого мышления, для культуры, живущей в нашем сознании. От страха перед содеян­ным такой неполноценный колдун становится более дееспособным, как человек, перепрыгивающий за­бор, спасаясь от собаки.

Вам это не нужно, вы же учи­тесь настоящему обережью, как го­ворится, берете школу. Вот и бери­те. Кстати, уже взяли.

Помните, как вы вдували Гла­зок, прикасаясь губами к пальцу? В этот миг у вас с губ срывался пу­зырек воздуха, вместе с крошечны­ми капельками слюны. Вот так в вещь входило дыхание жизни, и Глазок вживлялся, как вклеивал­ся, вашей слюной в вещь, когда вы прикладывали к ней палец. И по­том, когда вы вели пальцем от Глаз­ка к крючкам, вы протягивали эти тончайшие нити живого дыхания тел. И чем тоньше они были, тем сильнее передавалось воздействие. Тонкое правит грубым, помните?

Так вот, чтобы сделать оберег, нужно начинать не с глазков и не с крючков, нужно начинать с ожив­ления вещицы. Она должна зады­шать до того, как вы вложите в нее смысл существования. Вот тогда она примет любой заговор, примет душу, примет любовь и будет не хранить их, а жить ими, храня вас.

Оживляются вещи просто.

Ты всего лишь должен разогреть руку, чтобы она слегка вспотела, взять ею вещицу и посидеть, согре­вая, до тех пор, пока не почувству­ешь, что вы начали потеть вместе. В этот миг вы едины, и дышите од­ним живым дыханием. Вещь ожила.

Вот теперь можешь приступать к чародейству и творить свой обе­рег. Теперь он будет жить, пока не истечет его земной срок. И он не истечет, пока не свершится главная битва его крошечной жизни.  Не грусти!

Ну, вот и осталось лишь расска­зать, как сделать обережек«Не гру­сти»! Вы уже поняли, что это очень просто. Так просто, что даже не вся­кому удастся. Главное тут понять, что такое сердце, которым вы его делаете. Все остальное так, как уже описано раньше. Разве что нет глаз­ков и крючков. Ведь этот оберег не для того, чтобы держать его на виду. Это очень тайный оберег.

Но в любом случае сначала на­до взять какую-то маленькую вещи­цу. Я, например, люблю брать для этого крошечных птичек или зверу­шек, которых делают наши худож­ники. Художники мастера делать такие крошечные вещицы, которые сами просятся в обереги.

Затем я зажимаю ее в кулак, конечно, очень бережно зажимаю, и хожу с ней какое-то время. Ровно такое, чтобы почувствовать, что те­перь мы дышим одним живым ды­ханием. А потом я смотрю на того человека, которому делаю оберег, и раскрываю свое сердце.

И сердце говорит мне, что нуж­но сделать, чтобы этот человек не грустил.

Но я не делаю этого, ведь оберег не сможет этого сделать потом. Обе­рег сможет лишь сменить состояние моего друга. А значит, мне тоже не надо ничего делать, мне надо уви­деть, как у него меняется состояние, если я это сделаю. А когда я вижу, как оно меняется, я его запоминаю и вкладываю в душу оберега.

И теперь он всегда сможет сме­нить состояние своему хозяину или хозяйке. Правда, для этого ему нуж­но будет распознать, что состояние надо менять. Поэтому ему нужен глаз, но это не обязательно, потому что глаза видят только то, что на­учены видеть. И лучше заменить глаз на крошечное сердечко. Сер­дечко не видит, но оно чувствует, когда на сердце у моего друга тоска.

И как только оно чувствует тос­ку, оно начинает тихо-тихо биться. Тогда птичка оживает и принима­ется звать своего хозяина. И зовет, пока тот не вспомнит об обереге и не возьмет его в руки.

И вот тогда обережен всем сво­им крошечным сердечком говорит ему: Не грусти!

Как сделать, чтобы это были не просто слова?

Ну, это уже совсем не началь­ное обережье. Это следующий класс. И если я его открою, то мы обяза­тельно поговорим о том, что такое сердце и как оно может быть столь убедительным, чтобы твое сердеч­ко действительно перестало грус­тить. И о том, как оно может быть столь проницательным, мы тоже поговорим. И вообще, мы поговорим об очень, очень многом...

А пока: не грусти и до встречи! Старый Скоморох еще вернется од­нажды.

Обережное наследие     Стр. 1,2,3

 

Архив записей
Поиск

Copyright MyCorp © 2017
Создать бесплатный сайт с uCoz